– Ужасно! Просто отвратительно! Да такое… Такое даже дети читать не станут!
После этих слов, красная папка с моей работой была с силой брошена на стол.
– И ты хочешь отправить это на конкурс?! Не смеши меня!
Мужчина злобно фыркнул и, закрыв глаза, облокотился на спинку своего чёрного кожаного кресла, выкидывая мою работу в свою мусорную корзину. Я с болью глянула на красный уголок папки, что торчал из мусорки, после чего перевела недовольный взгляд на запачканную в каком-то масле рубашку директора редакции и брезгливо отвернулась. Почесав одну из своих складок живота, мужик облокотился на стол, подпирая свой подбородок правой рукой и принялся стучать толстыми пальцами левой руки по столу.
– Я переделаю недочёты и… – Однако я не успела договорить, как была тут же перебита.
– Послушай, переделывать этот бред бессмысленно.
Мужчина, которого половина нашего коллектива называла «Скуф», почесал свою щетину на подбородке, якобы задумавшись над чем-то, после чего продолжил.
– Давай ты просто придумаешь что-то новое. С фантазией у тебя проблем нет, ты быстро справишься.
– Но, Артём Борисович, конкурс уже на следующей неделе! Почему я не могу выступить с этой работой?! Ведь легче исправить ошибки, чем сделать что-то новое! – воскликнула я.
Однако, судя по взгляду редактора, который монотонно следил за летающей по кабинету мухой, я поняла, что мои слова его ни капельки не интересуют.
– Жду плоды твоих трудов в пятницу. На этом можешь быть свободна. – Сказал, как отрезал, мужик и принялся заполнять какие-то бумаги, показывая, что разговор окончен.
Я закусила нижнюю губу и сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладонь. Было больно и обидно. На написание этой книги я потратила около месяца и что в итоге? Моя работа была выброшена в мусорку! И вместо того, чтобы указать на мои ошибки и сказать, что конкретно нужно переделывать, мне приказали начать всё с чистого листа! Я была просто в бешенстве, желая кого-нибудь убить! Но не успела я выйти из кабинета и пройти пару метров, как передо мной возникла высокая блондинка. На её привычных мне карих глазах были надеты линзы розового цвета. Кажется, кто-то сегодня был в хорошем расположении духа…
– Кого я вижу? Неужели это наша Рыжуля? – Девчонка противно захихикала, прикрывая рот ладошкой.
– Чего тебе, Алисия? – Я нахмурилась, стараясь унять своё желание вцепиться ей прямо в глотку.
– Ничего такого, неудачница. Просто хотела сказать, что как бы ты не старалась, в этом конкурсе будет лишь один победитель и он стоит прямо перед тобой. – Алисия показательно положила руку на грудь, противно ухмыляясь.
Я стиснула зубы. Это была последняя капля. Но как только я замахнулась, чтобы ударить нахалку кулаком прямо по лицу, как появился редактор. Я быстро опустила дрожащие руки, желая провалиться сквозь землю и больше никогда не видеть ни Артёма Борисовича, ни Алисию Шевченко.
– Что тут происходит? – Я подняла презрительный взгляд на Скуфа, пока блондинка радостно скакала к нему.
– Ничего такого, Артём Борисович! Кстати, как там моя работа?
Алисия подбежала к редактору, начав расспрашивать его о своей работе, про которую она так много хвасталась своим подружкам и которую никто за этот месяц ни разу не видел. Услышав слова о том, что её работа самая лучшая, блондинка радостно взвизгнула. Однако, когда эти двое уходили в кабинет редактора, я заметила в его руках красную папочку. Можно было бы не заострять на этом особого внимания, но в углу этой папки я заметила наклейку маленького розового цветочка! Это та самая папка, которую редактор выкинул в мусорное ведро! Это была моя работа!
– «Что всё это значит?»
Я продолжила стоять в пустом коридоре, потерянно смотря в сторону, куда ушли Скуф с Алисией. Неужели всё это было всего лишь показухой, и на самом деле моя работа была безупречна? Но тогда почему? Из раздумий меня вывел звонкий голосок за спиной. Моя подруга, Лия Лушас.
– Сонечка, привет! – Однако, увидев моё состояние, обладательница коротких светлых волос слегка приуныла. – Что-то случилось?
– Скуф выкинул мою работу и сказал написать новую. – Моё лицо в один миг стало безразличный, а вот Лия выглядела весьма раздражённо.
– Что?! Но ведь твоя работа идеальна! Мы с ребятами несколько раз перечитывали её! Ты настоящий талант! Почему твою работу выкинули?! – Лия махала руками в разные стороны, казалось, негодуя больше меня.
– Я не знаю… Но догадываюсь. В любом случае мне придётся всё начинать сначала.
Я была подавлена, что можно было услышать по тихому голосу, однако внешне я оставалась безразличной. Должно быть я просто смирилась?
– А знаешь что?! Возьми другую тему! – Я озадаченно глянула на подругу – Любовь к природе, это, конечно, хорошо, но как ты рассматриваешь идею о семейных ценностях?
– Ты знаешь, как я отношусь к этому – Я недовольно отвернулась. Я не выбрала эту тему потому, что ничегошеньки о ней не знала. – Будь у меня нормальные родители или хотя бы брат или сестра, то…
– Да нет же! Тебе не обязательно разбираться в этом! Ты читала мою работу о животных? – Я кивнула. История о собаке, которая пыталась вернуться к хозяину, оказавшись очень далеко, действительно была захватывающей. – Но у меня никогда не было домашних питомцев, и я понятия не имею о том, какого это.
Я задумалась. Лия была права. Не обязательно разбираться в чём-то, чтобы создавать шедевры. Я вдруг вспомнила о пятёрке по химии в аттестате, но при этом сам предмет я как не понимала, так и не понимаю. Когда блондинка заметила, что я расслабилась и уже смирилась, то схватила меня за руку и повела в сторону гардеробной.
– Перед тем, как ты с головой уйдёшь в создание очередного шедевра, посидишь со мной в кафе? – И хоть в голубых глазах блеснула искра надежды, я догадывалась о том, что Лия прекрасно знает, что я не смогу ей отказать.
( + )
– Два кофе с молоком и сахаром, пожалуйста! О, и ещё один кусочек вот этого тортика!
Лия, словно ребёнок, с интересом рассматривала меню и делала заказ. Даже уставшая на вид официантка улыбнулась поведению моей подруги. Я облокотилась на спинку мягкого диванчика, дабы погрузится в раздумья и придумать, о чём мне, собственно, писать свою новую работу. Не прошло и пяти минут, как передо мной на стол поставила планшет. Я вопросительно взглянула на подругу, что протягивала мне один из своих наушников.
– Посмотрим аниме, пока готовят заказ? – Умоляюще спросила Лия.
– Я не смотрю аниме. – Но смотря на грустную подругу, я обречённо выдохнула. – Ладно…
Следующие десять минут мы смотрели аниме под названием «Наруто». Я много раз слышала это слово, но меня никогда не интересовала японская культура, так что сейчас можно было смело сказать, что «Наруто» моё первое аниме, которое я начала смотреть и… Никогда не посмотрю до конца. Мы посмотрели самую первую серию о знаменитом мальчике демоне. Невольно заметила, что Лия чересчур на него похожа. Однако ничего интересного я не увидела. Мальчик сирота, который хулиганил и пакости. Люди считали его демоном, потому что в мальчишке был запечатан огромный лис.
– Ну, как тебе? – Спросила Лия, ожидающе смотря на меня.
Допив своё кофе, я решила промолчать. Что я могу сказать про одну серию? Детишки, играющие в ниндзя, старая рисовка и плохая озвучка. Лия надулась и включила следующую серию. В итоге мы вышли из кафе только когда посмотрели про распределение в команды, и Команда 7 была собрана из странной разношёрстной компании.
– Неужели тебе не понравилось? – Грустно вздохнула блондинка.
– Ничего не могу сказать по этому поводу. Слишком мало информации, чтобы…
– А это случаем не Артём Борисович с Алисией? – Лия ткнула пальцем в сторону парковки.
Скуф шёл к машине, неся в руках пакет с какой-то одеждой. Спереди него шла Алисия, вальяжно виляя бёдрами и рассматривая новую сумочку в руках. Мы ошарашенно смотрели на парочку, которая села в «Hyundai» и слилась в страшном поцелуе.
– Фу! Меня сейчас вырвет!
Лушас закрыла лицо руками и села на корточки. Бирюзовый бантик на её ободке забавно преследовал свою хозяйку, отпружинив при приземлении.
– Теперь всё встало на свои места… – Я сжала руку в кулак и опустила голову.
– Что? О чём ты? – Спросила Лия.
Однако через минуту и до Лии дошёл смысл моих слов. Проблема была не в моей работе. Просто Алисия спит с редактором, который отдал ей мою готовую работу, дабы та победила на конкурсе. Недолго думая, я достала из кармана телефон и сделав пару снимков, направилась в сторону дома. Шокированная Лушас побежала за мной.
– Что ты теперь собираешься делать?
– Победить.
– Что? – Лия была уверена, что в этой ситуации победы мне не видать. – Скуф явно не даст тебе этого сделать.
– У него просто не останется выбора. Я напишу книгу, которую сразу же отправлю на конкурс. Если начнёт меня шантажировать, получит ответку. Не думаю, что он захочет за решётку.
Пока я быстрым шагом двигалась в сторону дома, загоревшись желанием мести, Лия остановилась, с некой грустью и болью смотря на меня.
– Удачи…
( + )
– Слушай сюда, девчонка, что всё это значит?! – Кричал наш главный редактор.
Стоило мне зайти в гримёрку, как меня с силой схватили за грудки моей рубашки. Казалось, что мужчина был готов испепелить меня взглядом ли убить на месте.
– Ты должна была отправить работу мне на проверку!
– Однако я и без вашей проверки заняла первое место. – Я ухмыльнулась.
Мои слова разозлили мужчину ещё больше. Он толкнул меня в стену и уже был готов наступать с наездами, как остановился, увидев фотографию в моём телефоне.
– Ещё шаг в мою сторону… И эта фотография будет отправлена в нужное место. Вы же не хотите сесть за решётку за совращение своих студентов?
Редактор взбесился ещё больше, но ничего не сказал. Зло зыркнув на меня, мужик вышел из гримёрки, сильно хлопнув дверью, из-за чего стены затряслись. Я же победно усмехнулась. Своей работой я утёрла носы этому мужлану и той истеричной девке, которая приклеилась ко мне, как банный лист ещё в начальной школе. Я отпрянула от стены и направилась в сторону своих вещей, лежавших неподалёку, как услышала тихие шаги и, когда хотела обернуться, застыла на месте. Резкая боль пронзила область живота с холодом металла. За спиной я слышала всхлипывания и тихие бормотания безумной девушки, которая решилась на убийство.
– Ненавижу тебя… – Отпустив ручку ножа, Алисия обошла меня сбоку и встала передо мной – Как же я ненавижу тебя!
Растерянно смотря на воткнутый в меня нож, я перевела взгляд на зарёванную Шевченко, у которой потекла тушь, размазавшись по лицу.
– Ты постоянно, постоянно забирала то, чего я всегда так хотела! Снова и снова! Снова и снова! – В порыве ярости, Алисия бросила на пол свой стеклянный кубок второго места, который с характерным ему звуком разбился. – Сначала конкурс рисунков на день матери в начальной школе, потом Мирослав Тихонов!
– Мы всего лишь друзья. – Я пошатнулась, стараясь устоять на ногах.
– Из-за тебя он отказал мне!
Безумные глаза Алисии вспыхнули ревностью, гневом, обидой и прочими эмоциями, накопившимися в ней за эти годы.
– Я бы тоже… Отказала бы… Такой, как ты. – Усмешка озарила моё лицо.
В следующую секунду Шевченко издала странный вопль и молниеносно приблизилась ко мне, прокручивая и вырывая из меня свой окровавленный нож, после чего нанося коленом удар в живот. Упав на пол, я стиснула зубы, дабы не крикнуть от этой боли. Моя рука уже была испачкана в алой жидкости, что обильно покидала моё тело.
– Ты мразь! Все мои усилия обойти тебя хоть где-то были насмарку! Мне пришлось соблазнить этого мерзкого жирного ублюдка, чтобы победить в этом конкурсе, но даже тут я потерпела неудачу!
– Ничтожество… – Улыбка не сходила с моих подёргивающихся губ.
– Сдохни, грязная сука!
Алисия занесла нож, готовясь нанести решающий удар, но услышав мужские крики и увидев выбитую дверь, она вздрогнула, роняя нож на пол.
– Не с места! Руки за голову!
В гримёрку ворвалось четверо мужчин в форме, направляя оружие на Алисию. Следом за ними в гримёрку проскользнула Лия, слившись в толпе медиков.
– Соня! Сонечка!
Заплаканная Лия намеревалась рвануть ко мне, но её не подпустили, выводя с места убийства. И как бы мне не хотелось ещё хоть разочек пообщаться с Лией или увидеть, как увозят Алисию с Артёмом Борисовичем, моему желанию не суждено было сбыться. Пока тело не подавало никаких признаков жизни, мозг продолжал работать, прокручивая воспоминания из жизни. Я вспомнила книгу, при написании которой я размышляла о смерти. Кажется, это было где-то пять лет назад, когда я ещё училась в старшей школе. Я сидела в парке на лавочке, держа застывшую в воздухе ручку перед записной книжкой. Тогда-то я и познакомилась с Лией Лушас. «Почему ты думаешь, что умереть во сне, лучше всего?». Эти слова почему-то надолго засели в моей голове. «Потому что не больно». Я и сейчас придерживалась этого мнения. Пока врачи продолжали бороться за мою жизнь, моё сознание отключилось.